I apologise to my English readers: I never write poetry in Russian; this is, quite literally, my second or third poem in this language, and it rocks, at that! I will, however, attempt to translate this piece into English (although the effort would, almost certainly, be futile). [A translation is now available here.] For those who are able to partake - enjoy. ;)
P.S. Thanks, Dad: nothing motivates me to write kick-ass poetry like people who tell me that I suck ass at it (or, as in your case, people who tell me that I am, by some absurd rule of taste, may neither call myself a poet, nor refer to myself in the third person); this is for you.
человек рисует линию цветом поднятую
рукой могучей остерегая массы
он просит не быть массами понятым
бежит этот человек быстро
без направления и не зная бега
глася громким голосом чистым
он объявляет я не даю советов
я вам не принесу мозга войну классовую
даром не отдам красоту и счастье
но я вам все расскажу как есть во мне
и дам вам право сочувствоучастия
я буду водой в электрическом проводе
и дешёвым вином на языке красном
я буду стальной и кожаннодеревянный
но больше всего Я Я Я будет пластмассового
меня купят миллионы женщин
и как сотни мух на банке варенья
долго смотреть они будут на игру слов
им расскажу я о стихов творении
я от себя отрежу волос
и он станет цветком прекрасным
растущим под ногой человека
бегущего по автотрассе
я расскажу вам как вы умрёте
и как возродитесь в осеннем спазме
и как вы всё сами все поймёте
когда будете мною в экстазе оргазма
я переживу голод жажду и горе
и утону в озёрах небес летом
а теперь позвольте представиться
сегодня я буду вашим поэтом
P.P.S. Here is my father's reply to this poem:
Спасёт шахтёру жизнь лишь раз,
когда у дальней вагонетки
в разлом неслышно хлынет газ...
И если вдруг надрывным нервом
Беды нависнет черный лёд,
Поэт поймёт всё это первым,
Своею гибелью спасёт.
Идёт с улыбкой неуместной,
И руки так его худы,
И канарейка в клетке тесной
Поёт не чувствуя беды.
Just for the record, I do not agree with my father's romantic image of the poet being akin to the miner's canary (i.e. serving others at the expense to oneself). I believe that the true poet is a small tyrant, a kind but individualistic recluse, who first serves his own need - to create - and only then serves the needs of others.
I also disagree with his rather-cliché description of the poet as eccentric, malnourished and ill-prepared for life, but, I suppose, to each his own. I think this is a worthy response, overall.